Обычная версия сайта
Размер шрифта:
  • A
  • A
  • A
Цветовая схема:
  • A
  • A
  • A

«Литературные среды» журфака МГУ открылись лекцией Павла Балдицына

16.08.2019

Первая лекция цикла «Литературные среды» прошла 7 августа в музейно-выставочном центре «Рабочий и колхозница». Профессор, доктор филологических наук, заведующий кафедрой медиалингвистики факультета Павел Вячеславович Балдицын рассказал об эволюции американского юмора двадцатого века, опираясь на сравнение творчества Марка Твена и Вуди Аллена.

По словам Павла Вячеславовича, комическая маска героя-рассказчика у Марка Твена изображает англосакса из маленького провинциального городка, экстраверта, гордящегося своей силой и энергией, бравирующего своей простотой и невежеством. Маска Вуди Аллена – еврейский интеллигент, житель мегаполиса, слабый и неуверенный в себе неврастеник, кичащийся своей образованностью и интеллектуальными запросами. Персонажи Марка Твена проявляют интерес к политическим и социальным вопросам, а герои Вуди Аллена их избегают и сосредотачиваются на экзистенциальных проблемах.

Марк Твен верит в науку и прогресс, воспевает революцию. Вуди Аллен не верит ни в науку, ни в прогресс, ни в социальную революцию. Юмор Марка Твена основан на вере в незыблемые ценности и идеалы, на вере в систему, идеи и силу разума, юмор Вуди Аллена выражает сомнение во всем. «Марк Твен воплощает классическое сознание, возникшее на основе идей Просвещения. Вуди Аллен – продукт постмодернистской эпохи, подвергшей отрицанию любую систему мысли, кроме сугубого индивидуализма», – отметил Павел Вячеславович.

По его словам, американский юмор XIX и XX веков обладает общими свойствами и функциями: смех как способ постичь невероятную суть человеческого бытия в её контрастах, буйный смех, выворачивающий мир наизнанку, смех как способ «помыслить немыслимое», сочетание точных фактов, имен, злободневных намеков с гротескными преувеличениями и вымыслом.

Вместе с тем американский юмор на протяжении двух веков меняется. Юмор девятнадцатого века имеет явное англо-саксонское происхождение, глубоко провинциальный характер и поэтизирует силу. Для юмора двадцатого века характерен городской, цивилизованный и утонченный тон. Он изображает слабость, нередко отчаяние и отчужденность человека, вбирает в себя новые этнические элементы, среди которых важнейшими оказываются негритянский и еврейский юмор.

«Со времён Марка Твена сильно изменились границы допустимого, но суть юмора осталась прежней: он нарушает правила приличия и нынешней политкорректности – в политике, в морали, в философии. Главное в нём – стремление обнажить правду и отвергнуть ложь современного общества» – резюмировал Павел Балдицын.

Фото: Георгий Никаноров