Обычная версия сайта
Размер шрифта:
  • A
  • A
  • A
Цветовая схема:
  • A
  • A
  • A

Алексей Волин: «Хорошему журналисту робот не страшен»

19.11.2018

В рамках творческой мастерской МИЦ «Известия» на факультете журналистики МГУ студенты-слушатели выполнили практическое задание – взяли интервью у заместителя министра связи и массовых коммуникаций РФ Алексея Волина.

Замминистра рассказал, что остается сделать для перехода на цифровое телевидение, какие российские фильмы сегодня популярны в Китае и что отличает хорошего журналиста.

Интервью подготовили: Ульяна Лобанова, Елизавета Неупокоева, Олеся Пчелина, Анна Садомцева, Екатерина Фадеева.

Алексей Константинович, Министерство связи предложило блокировать страницы в соцсетях с «оправданием экстремизма» ещё до судебного разбирательства, без применения наказания за репосты и лайки, как происходит сейчас. Как вы объясните это противоречие?

Мы исходим из того, что экстремизм – это конкретные вещи, которые направлены на то, чтобы люди били стёкла, поджигали, резали, убивали, принимали участие в массовых беспорядках или призывали кого-то это делать – воспитывали человеконенавистническую идеологию. Подобного рода вещи на самом деле опасны и должны блокироваться. Но мы категорически против того, чтобы наказывать людей за посты или лайки. У человека должно быть право высказывать своё мнение, не опасаясь последствий. Более того, это точно лучше, чем когда человек страдает, а контент нет.

Сейчас рассматривается вопрос о введении электронных паспортов. Не кажется ли вам, что такой паспорт будет намного проще украсть злоумышленникам?

Электронный паспорт посложнее будет украсть, потому что он отображается в облаке. И если его украли, то необходимо, чтобы это считалось с облака. Более того, если электронный паспорт украден, и человек об этом заявил, то облако этот паспорт моментально блокирует. Бумажный же паспорт ни с чем не связан.

Возможно ли сегодня увеличить количество операторов сотовой связи?

Теоретически, попасть на рынок можно. Давайте не забывать о том, что у нас операторы связи находятся в условиях глобальной конкуренции. Если мы, условно говоря, вместо четырех сделаем двадцать, то, с одной стороны, их будет больше, а с другой – они будут слабее. Слабый оператор не сможет работать на внешних рынках. И не факт, что эти двадцать смогут вести такую жесткую конкурентную борьбу, как четверо В условиях, когда было три оператора связи, цены не поднимались, а наоборот постоянно падали, потому что у игроков было много сил, чтобы выжимать максимальные скидки. За счёт этого выигрывал потребитель.

В чем вы видите основную сложность грядущего перехода от аналогового телевидения к цифровому?

Трудность первая: каналам второго мультиплекса, которые должны запуститься по всей стране до конца года, необходимо найти дополнительно около 10 млрд. рублей, чтобы начать вещание за пределами больших городов. Вторая трудность заключается в том, что сейчас примерно около 10% населения ещё не имеет оборудования по приему цифрового телевидения. Хотя 10% – это цифра с допущениями. Социологические исследования, которые мы проводили, показали следующую картину: 85% населения уже точно принимает «цифру», 3-4% (в зависимости от региона) точно не принимают «цифру», находятся «в аналоге». Всё, что между ними – это, так называемая, «серая зона» – люди, которые сами до конца не знают, что принимают.

В 2016 году на форуме в Китае было заявлено о намерении развивать российско-китайские отношения в сфере кинематографа. Есть ли сегодня планы по совместной работе в других направлениях, например, созданию соцсетей?

С 2016 года в Китай было продано 17 российских кинокартин. Единственной российской картиной в Китае до этого момента был «Сталинград», который продали не как российское кино, а как американское, потому что его дистрибьютором был Sony Pictures.

Что касается платформы и создания социальных сетей, мы против чего-либо искусственного. Мы являемся сторонниками того, что нужно развивать уже созданное, и желательно без усилий государства, а за счёт рыночного спроса. Задача государства – помочь людям найти контакты друг с другом и создать такие условия, чтобы можно было заключать сделки.

Производить искусственное бессмысленно. Задача государства – не тратить деньги на это, а создать такие условия, в которых естественным путем может расти то, что само развивается. То же самое с соцсетями. И в России, и в Китае они уже есть: «ВКонтакте» – у нас, «WeСhat» – у них. Эти платформы необходимо развивать и выводить их на внешние рынки за счёт увеличения охвата их аудитории.

Вы упомянули популярность российского кино в Китае. Картины какого жанра вызывают интерес?

Рекорд – «Снежная королева-3». На втором месте фильм, который у нас ничего не собрал – «Он – дракон» Т. Бекмамбетова. Популярны «Экипаж», «Движение вверх», «Большой» – в основном, экшены, мелодрамы или мультипликация.

Как вы считаете, исчезнут ли печатные СМИ?

Нет, не исчезнут. Есть форматы, которые проще читать на бумаге. Большой текст на маленьком экране плохо воспринимается. Премиальный сегмент хорош именно в бумажном варианте. Бумага должна использоваться для тех вещей, которые вы не сможете сделать здесь с помощью экрана.

Есть специфические вещи: чтение на бумаге более глубокое с точки зрения усвоения материала. Поэтому и электронные учебники – идея плохая. Глубина усвоения электронного учебника меньше, чем глубина усвоения учебника бумажного.

Еще важный момент – детские книги. Для ребенка важны тактильные ощущения, не надо ребенка сразу же приучать к экрану. Премиальный сегмент хорош именно в бумажном варианте.

Переходя от носителей к создателям СМИ, обратимся к написанию новостей роботами. Может ли машина вытеснить человека?

Плохого может. Если человек копипастит, то такого работника робот заменит легко. Робот быстрее находит, быстрее «режет и клеит». Но у робота нет чувства юмора и вкуса: он не может создавать оригинальные заходы, цепляющие внимание аудитории. Это может делать не искусственный интеллект, а реальный, так как он всё время что-то придумывает. Хорошему журналисту робот не страшен, плохих не жалко.

На прямой линии с президентом один из блогеров задал вопрос: станет ли блогерство профессией? Блогерство нужно государству? Оно как-нибудь монетизируется?

Блогерство – уже профессия. У нас есть блогеры, которые много зарабатывают.
  
Я всегда говорю, когда речь заходит о медиабизнесе, что для меня неважно, имеет ли человек лицензию СМИ, если путём медийного бизнеса он зарабатывает деньги. Блогер, который зарабатывает деньги, это, вне всякого сомнения, участник медиабизнеса. Если он не зарабатывает деньги, а постит кошечек или рассказывает, что он думает о структуре вселенной, но его никто не читает – это графоман. Вот и вся история.

Поэтому, на мой взгляд, государство должно исходить из следующего: человек себя обеспечивает, у государства ничего не просит, семью содержит, потребляет что-то, деньги тратит – слава Богу, спасибо ему большое.

Хороший журналист сегодня — это кто?

Это человек, который интересен своей аудитории, потому что быть медийщиком (это касается и журналистов, и писателей, и разработчиков компьютерных игр) — это прежде всего умение рассказать интересную историю и удержать внимание аудитории. А второе — это найти способ донесения того, что ты сотворил, удобный для пользователя.

Если вы эти каналы не понимаете и не чувствуете, то вы, может, даже что-то интересное произведете, а коммуникация не состоится. Мало произвести товар – его нужно доставить. Опять же, можно вспомнить наш традиционный спор: журналистика — это бизнес или не бизнес. Бизнес, потому что мы производим товар, и он должен быть доставлен и потреблён. У нас вся технологическая цепочка, как в нормальном бизнесе: производство, доставка, потребление и снова производство.

И, завершая сегодняшнюю встречу, напутственное слово...

Не бойтесь экспериментировать и вообще ничего не бойтесь, потому что мы все глупости совершаем со страха и многие вещи не делаем от страха. Я не говорю про опасение, я говорю именно про страх «а вот вдруг что-то будет не то». И еще (это одно из моих любимых высказываний): люди, которые читают книги, будут всегда управлять людьми, которые читают социальные сети.

Фото: Павел Кассин, «Извес­тия», Георгий Никаноров.